Убийство 28 февраля давнего Верховного лидера Ирана Али Хаменеи выявило нарушение безопасности на высших уровнях власти, которое, вероятно, «всё ещё существует». Об этом заявил министр иностранных дел страны Аббас Аракчи 20 июля в телеинтервью Джаваду Могайи.
Глава МИД Ирана Аббас Аракчи предположил, что проблема с защитой высшего руководства страны могла заключаться не только в технической разведке Израиля и США, но и в наличии источников информации или даже влияния внутри самой системы власти.
О проблемах в обеспечении безопасности на высших уровнях власти, которые привели к гибели аятоллы Али Хаменеи в результате американо-израильского удара заявил глава иранской дипломатии Аббас Аракчи в
«В течение нескольких секунд три атаки были направлены на командный центр в регионе Пастер, где находятся офисы и штаб-квартира Верховного лидера Ирана», – сказал Аракчи.
Ряд высокопоставленных иранских политических и военных деятелей были убиты в первый день нападения США и Израиля 28 февраля.
Как отмечает министр, США и Израиль знали, что Верховный лидер Али Хаменеи находится в свей резиденции каждое утро. В двух-трёх зданиях оттуда проходило заседание командного центра. В то же время шла встреча Министерства разведки. Именно этот момент США и Израиль выбрали для нападения, добавил глава МИД.
«Ключевой момент, на мой взгляд, в том, что они (США и Израиль) знали об этих встречах. Это, возможно, указывает на нарушение безопасности, которое существовало и, вероятно, до сих пор существует», – указал Аракчи.
Он отметил, что проблема не ограничивается проникновением вражеских агентов в эти круги.
«Иногда это также связано с влиянием на ход процессов принятия решений. Я не хочу публично говорить об этом больше», – добавил Арагчи.
По признанию главы МИД, утром 28 февраля он рассказал президенту Масуду Пезешкяну, что «в воздухе пахнет большой войной».
Уже после атак Израиля на комплекс в Тегеране Аракчи виделся с главой офиса Хаменеи Али Асгаром Мир Хиджази, который в том числе отвечал за безопасность. На пятый день войны министр проконсультировался с секретарём Высшего совета национальной безопасности Ирана Али Лариджани.
Во время войны сам Аракчи и его коллеги оставались в Министерстве иностранных дел.
«Во время 40-дневной войны мои заместители, коллеги и я не покидали здание МИД. Безопасного места не было», – признал он.
Исходя из слов Аракчи, можно предположить, что после войны Иран сосредоточится не только на укреплении обороны, но и на масштабной внутренней «зачистке» аппарата безопасности.
