Страна древних традиций
Не все латыши считали пьянство в порядке вещей. 13 января 1832 года вышел первый номер первой латышской еженедельной газеты Tas Latviešu Ļaužu Draugs («Это друг латышских людей»). Ее издатель пастор Трей поместил в нем горячую и убедительную статью против потребления алкоголя. Сознательные граждане начали объединяться в борьбе с алкоголизмом.
«Оживление деятельности обществ трезвости в латвийском крае наблюдалось в начале XX века. В 1910 году их насчитывалось 24. При них открывались чайные, столовые, читальни», — пишет латвийский историк Михаил Губин.
Особенно отметился на поприще борьбы с пьянством Август Домбровский, владелец лесопилки в рижском районе Вецмилгравис. Он предоставлял своим рабочим на выгодных условиях земельные участки и материалы для строительства, но лишь с обязательным условием, чтобы те воздерживались от употребления алкоголя. В 1904 году филантроп основал Общество по борьбе с пропагандой алкоголя «Зиемельблазма» («Северное сияние»). Резиденция этого общества была сожжена 21 января 1906 года во время революции, но позже ее вновь отстроили.
Последующие Первая мировая война, революция и создание независимого латвийского государства проблему массового алкоголизма не ликвидировали. В сентябре 1924 года латвийская пресса писала о пациентах больницы «Александровская высота» (ныне Рижская психиатрическая больница — прим. «Ленты.ру»): «В отделении для душевнобольных наибольшее число больных состоит из алкоголиков, среди которых горожан больше, чем селян. Интересно, что жители области Курземе реже болеют алкоголизмом, чем жители Видземе».
Муниципальные власти отнеслись к исполнению закона отнюдь не по формальному. 10 сентября 1925 года самоуправление Риги решило закрыть сразу десять ресторанов, нарушавших антиалкогольный закон. Однако хитрые торговцы алкоголем обходили закон, как могли — например, в преддверии праздников они рассылали по почте письма с приглашением запастись напитками. Этот вид рекламы законом о борьбе с пьянством предусмотрен не был.
Периодически в стране проводились антиалкогольные дни и выставки, лекции и шествия трезвенников. «Антиалкогольный день в воскресенье благодаря прекрасной погоде прошел весьма удачно, — сообщала рижская газета „Сегодня“ 13 октября 1924 года. — На лекциях было много слушателей, на бульваре Свободы играл военный оркестр и работали киоски антиалкогольного общества, в которых публика толпилась до позднего вечера». Постепенно проблему удалось если не решить полностью, то уменьшить до приемлемых масштабов. Но в начале XXI века она вернулась — в новых масштабах и с неожиданной стороны.
Одеколон — решение экономных парней
Почему-то принято считать, что алкоголь в основном употребляют молодежь и люди среднего возраста. Однако, как выяснилось, очень много латвийских алкоголиков — люди пожилые. Впрочем, у молодежи тоже отнюдь не все ладно: в возрастной группе 20-39 лет каждая четвертая смерть классифицируется как связанная с алкоголем.
По словам Мироновой, в Латвии перед зеленым змием все национальности равны — пьянствуют как местные русские, так и представители титульной нации. В отличие от Эстонии, здесь пьют в основном пожилые: молодежь уезжает на заработки, латвийские города, кроме Риги, пусты. «Там остались старики, беременные и матери с младенцами, часто женщины около 50 лет нянчат внуков, пока дочери на заработках. Дети приезжают на побывку на машинах с английскими, германскими номерами», — рассказывает она.
В 2018 году латвийский врач-нарколог Борис Фальков обвинил государство в том, что оно фактически стимулирует алкоголизм среди населения. Нарколог указал, что алкоголь — самый продвигаемый продукт в магазинах. В крупных продуктовых ни один товар не может конкурировать с ним по ассортименту. Если хлеба, молока или сыров покупатель насчитает десятки наименований, то водки и другого спиртного — сотни и тысячи.
На этой проблеме с удовольствием греют руки разного рода сомнительные дельцы. В том же 2018 году издание Latvijas avīze («Латвийская газета») написало, что в одном только городке Балви с населением чуть более семи тысяч жителей за месяц скупили 2,5 тысячи бутылочек косметического средства (одеколона) BF Green. Цена 250-миллилитровой бутылочки с жидкостью, в которой содержится 60 процентов чистого этанола, составляла меньше одного евро. Опрошенные газетой местные жители подтвердили, что они приобретают косметический спирт отнюдь не для ухода за собой.
Пьянство неискоренимо?
С началом пандемии коронавируса латыши стали употреблять гораздо больше спиртного. В связи с этим латвийский нарколог-психотерапевт Илзе Максима заявила, что в случае длительного стресса, вызванного всеобщими карантинными ограничениями, есть два варианта развития событий. Либо человек может адаптироваться и научиться жить в долгосрочной стрессовой ситуации, либо найдет «краткосрочное решение» в виде алкоголя, никотина, успокоительных, наркотиков, социальных сетей или азартных игр.
Естественно, первый вариант предпочтительнее, но второй оказался проще, а главное — выгоднее для стремительно пустеющего бюджета страны. 14 апреля 2020 года, когда пандемия уже вовсю бушевала, в сейме Латвии поддержали поправки к закону об обороте алкогольных напитков, которые дали возможность продавать выпивку в интернет-магазинах.
Потребление спирта на человека решено было сократить на литр в течение двух лет. Принятый правительством план борьбы с зеленым змием предусматривает более строгие ограничения на рекламу алкоголя и разработку коррекционной программы для водителей, которые были задержаны за рулем в состоянии опьянения.
План включает и запрет на рекламу скидок на пиво и вино на телевидении и радио, запрет на рекламу скидок на алкоголь в печатных СМИ и печатных материалах, кинотеатрах и интернете — за исключением торговых точек, где выставляются и продаются алкогольные напитки. Одновременно Минздрав заявил, что надо начать дискуссию о повышении цен на одеколоны и косметические средства, чтобы латвийцы меньше принимали их внутрь.
Поводом стал нашумевший случай в рижском районе Зиедоньдарзс, где жители даже пытались собирать подписи за то, чтобы заставить местный магазин отказаться от торговли одеколоном. Дело в том, что у этого магазина постоянно отирались бомжи и прочие сомнительные личности, пугающие детей и добропорядочных обывателей. По словам очевидцев, внутрь этого магазина бездомных не пускали, но брали у них деньги и приносили одеколон ко входу.
Клиническое пьянство — проблема не только медицинская, и весьма сомнительно, что ее когда-либо удастся устранить полностью. Примером тому служит соседняя с Латвией Литва, которая в 2018 году заняла «почетное» место лидера по употреблению спиртных напитков в мире.
Там на гражданина приходилось в среднем аж 15,2 литра спирта в год. Проблема алкоголизма также тесно связана с высоким уровнем суицидов в стране. Власти забили тревогу и начали предлагать разные меры борьбы с пьянством. Например, задумались о создании государственной монопольной сети для торговли алкоголем, а также повышали цены, снижали доступность алкогольной продукции — иными словами, делали все то, за что хватаются сейчас власти Латвии. Но дело закончилось тем, что в Литве просто вырос теневой рынок спиртного, в том числе продажи пресловутых «одеколонов» из той же Польши. И решить эту проблему так и не удалось.
Сейчас Латвия переживает серьезный экономический спад, вызванный целым годом жестких карантинных ограничений. Закрываются рабочие места, перспективы на будущее становятся все более туманными. А это значит, что латвийцы продолжат пить. Просто у кого-то денег еще хватает на приличный коньяк, а у кого-то — лишь на одеколон, но людей из второй категории становится все больше.
