Не договорились
«Мы ведем переговоры с Арменией. У нас очень хорошие отношения с ними. Они очень хорошие люди. Они столь целеустремленные. Они невероятные люди», — такое заявление сделал американский лидер Дональд Трамп по итогам переговоров в Вашингтоне и напомнил, что в США существует активная армянская диаспора.
Если сопоставить информационные потоки с обеих сторон, то можно сделать вывод, что Азербайджан действительно продвинулся вглубь территории Карабаха, в частности, в Физулинском и Джебраильском районах и на севере в районе Тертера. Однако в СМИ официальные представители Баку не скупятся на живописание своих успехов и заявляют о том, что под их контроль перешли десятки населенных пунктов, в том числе города Джебраил и Зангелан. Были опубликованы фотографии и видео с «освобожденных территорий».
Конфликт давно превзошел по масштабам предыдущие столкновения. Как полагает главный научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН Александр Крылов, массированное наступление, которое начал Азербайджан, невозможно провести в ответ на обстрел или какую-то провокацию. Такие действия готовятся за много месяцев, уверяет эксперт. Баку начал войсковую операцию, чтобы силой решить карабахскую проблему. Июльские же бои на армяно-азербайджанской границе в Товузском районе были пробным шаром, после которого Азербайджан убедился, что реакция России «не настолько решительна, как хотелось бы Армении», пояснил он.
Долгие споры
Современная история карабахского конфликта насчитывает почти три десятилетия. Однако история проблемы уходит в глубь веков. Карабах всегда был не только спорной территорией, но и местом соприкосновения двух воинствующих культур — мусульманской и христианской. На его территории располагаются древние святыни Армянской апостольской церкви, датируемые первыми веками нашей эры, однако примерно в то же время Армения вместе с Арцахом была захвачена Персией. По этому региону всегда проходила граница двух цивилизаций.
В начале прошлого века, во время революции 1905 года, в регионе Карабаха, населенном преимущественно этническими армянами, начались межэтнические и межрелигиозные столкновения между христианами и мусульманами. После падения Российской империи в 1917 году ее бывшие части начали провозглашать свою независимость, и Нагорный Карабах оказался на тот момент под властью Азербайджанской демократической республики. Живущие там армяне подняли восстание, столкновения продолжились с еще большим накалом.
При советской власти регион попал в состав Азербайджанской ССР на правах автономной области — границы всех национальных республик чертились по географическому признаку и не учитывали особенностей расселения разных народов. В конце 1980-х годов, на волне перестройки, армяне, по-прежнему составлявшие большинство населения НКАО, активно поднимали вопрос о передаче ее в состав Армянской ССР, продвигая идею «миацума» — воссоединения.
С распадом Советского Союза Нагорный Карабах провозгласил независимость. Баку попытался вернуть его силой. Вспыхнула война, которая шла два года. По официальным данным, военные потери азербайджанской стороны составили более 11 тысяч человек, армянской — около 16 тысяч. Число беженцев и внутренних переселенцев принято исчислять сотнями тысяч. В 1994 году Азербайджан, Армения и НКР при посредничестве России подписали протокол о перемирии.
По итогам войны Армения получила контроль над самой НКР и семью окружающими районами — «поясом безопасности». Азербайджан не смирился с потерей. В 2007 году Минская группа предложила «Мадридские принципы» для урегулирования ситуации. Формула предполагает следующее: Азербайджан получает пять из семи районов «пояса безопасности», в НКР входят миротворцы, возвращаются беженцы, территория получает промежуточный статус и в конце концов там проводится референдум.
Спустя два года показалось, что лед тронулся. В конце 2018 — начале 2019 года в СМИ появились громкие заявления о прогрессе в урегулировании карабахского конфликта. На границе прекратились перестрелки, Баку и Ереван заговорили о взаимопонимании и конструктивном диалоге. Все это случилось спустя несколько месяцев после «бархатной революции» в Армении, которая привела к власти Пашиняна.
Оттепель оказалась ложной. В начале 2020 года лидеры двух стран встретились на Мюнхенской конференции по безопасности. Между ними состоялась публичная дискуссия, которая обернулась взаимными обвинениями. Армения стала все активнее призывать вернуть за стол переговоров саму непризнанную республику. В НКР это, разумеется, поддерживают, поскольку по международным договорам Армения является лишь гарантом безопасности Арцаха, а не полномочным представителем. Баку выступил резко против изменения формата переговоров. Алиев заверил, что Азербайджан будет готов разговаривать с Нагорным Карабахом после того, как Армения выведет оттуда свои войска.
А летом 2020 года, всего за неделю до июльских боев, азербайджанский лидер уже перешел к открытой критике действующего формата международных переговоров — Минской группы ОБСЕ. По его словам, она пытается «угодить и вашим, и нашим», но пришло время для ясности. Более того, Алиев прямо выступил против утверждения, что решение карабахского конфликта военным путем невозможно.
Сейчас Алиев и официальные представители Баку снова критикуют Минскую группу, например, возлагают на переговорщиков ответственность за нынешнюю эскалацию. Судя по риторике азербайджанских властей, они решили попытаться разобраться со своей давней проблемой именно военным путем, а заодно и сменить формат международной дипломатической площадки, приведя туда своего «большого брата» — Турцию.
Антитеррористическая война
«Технической поддержки достаточно. Но если понадобится, то дорога открыта», — отметил он.
Другой причиной конфликта, по мнению азербайджанского лидера Алиева, является внутриполитический кризис в Армении, где после революции 2018 года якобы установился антироссийский «режим Сороса» (американского миллиардера, которому приписывают управление политическими процессами на постсоветском пространстве, — прим. «Ленты.ру»), и Пашиняну необходимо отвлечь население от экономических проблем.
«В 2016 году Турция также поддерживала Азербайджан, но у Эрдогана сохранялись сдерживающие механизмы. Тогда еще Макрон не успел заявить, что Турцию в ЕС больше никто не ждет, такой перспективы больше нет, и нужно разрабатывать новую основу для отношений с Евросоюзом», — напоминает он.
Бесплодные попытки
Судя по заявлениям Трампа, США готовы активно включиться в решение спора между Арменией и Азербайджаном. Но чем дальше разворачивается Карабахский конфликт, тем менее ясными становятся пути его разрешения.
Уже два перемирия, установленные при помощи международных дипломатических усилий 10 и 18 октября, провалились, едва вступив в силу. Хотя уже после первого стало понятно, что старые способы решения конфликта действительно не работают. Обвинительная риторика практически не менялась, несмотря на видимость успехов на дипломатическом фронте.
«Они начали рассуждать так: «Мы большая, почти 10-миллионная страна, а армян около двух миллионов. Мы очень хорошо вооружены, и есть хотя бы одно государство, которое нас реально поддерживает, — Турция». Сегодня, с точки зрения Баку, очень удачный момент для того, чтобы если не завершить конфликт, то впоследствии вести переговоры с более твердых позиций», — говорит эксперт.
Но и армяне не собираются проигрывать и никогда не пойдут на то, чтобы передать населенный армянами Карабах Азербайджану. Ереван также не допустит, чтобы Баку выглядел победителем и миротворцем, потому что это осложнит армянскую позицию на переговорах, продолжил Малашенко. Эксперт отметил и еще одно обстоятельство: Алиев начал говорить об азербайджанских бойцах как о моджахедах, то есть тех, кто ведет джихад. Это может поменять характер конфликта и привнести в него религиозный фактор.
Фактор столкновения двух религий уже неоднократно играл свою роль в истории Карабахского вопроса, активизировался более ста лет назад и снова дал о себе знать в 1990-х, разыгрывание того же сценария не просто не решит вопрос, но и приведет к деградации процесса мирного урегулирования. Тем временем силы воюющих сторон исчерпываются. Боевые действия в итоге прекратятся, возможно, скоро, полагают собеседники «Ленты.ру», однако до решения карабахской проблемы в целом далеко.
Станислав Притчин отмечает, что с 1994 года никаким международным посредникам так и не удалось устранить угрозу конфликта. Обе стороны подходят к ситуации по принципу «либо пан, либо пропал». Для Армении приемлемо только сохранение нынешнего статуса-кво, при котором она контролирует спорные территории. Для Азербайджана — только полное возвращение Нагорного Карабаха и семи областей вокруг. А в таких условиях любое социально-экономическое осложнение в воюющих странах, любая стычка на линии соприкосновения может стать искрой в пороховой бочке.
