У США и России есть множество оснований для восстановления отношений сотрудничества, однако для этого надо занять более реалистичные позиции и ставить более прагматичные цели.
Россия, со своей стороны, проводит беспокоящие США действия против натовских самолетов и кораблей, действующих возле ее границ, и при этом часто проявляет крайнее безрассудство. Москва также вмешивается в выборы и политические конфликты в США и некоторых европейских странах. И наконец, Кремль бросает открытый вызов давней американской доктрине Монро, налаживая тесные военные и политические связи с антиамериканскими режимами в Западном полушарии.
Российско-американские отношения становятся все более деструктивными, и такая ситуация создает очень серьезные опасности. Отношения между двумя сторонами настолько напряжены, что вспышка может произойти в любой момент, и стороны находятся в готовности осуществить пуск своих стратегических ядерных ракет по сигналу предупреждения. В годы первой холодной войны такая ситуация была невероятно рискованной, и в 1983 году был случай, когда Москва едва не произвела ракетный пуск, ошибочно посчитав, что американские ядерные силы совершили нападение. Человечество почувствовало огромное облегчение, когда после распада Советского Союза две страны понизили градус напряженности. Возвращение к холодной войне в ее оригинальной версии крайне опасно.
Теоретически двум странам лучше всего отказаться от своих провокаций, но в большинстве случаев такие шаги практически неосуществимы. Например, США в обозримом будущем не откажутся от членства в НАТО и не станут требовать исключить из ее состава те страны, которые вступили в нее после окончания холодной войны. Даже если Москва выдвинет такое требование, оно будет невыполнимо. Но в равной степени нереалистично полагать, будто Россия смирится с вступлением Грузии и Украины в Североатлантический альянс. Кремль считает, что эти страны входят не только в сферу российского влияния, но и в основную зону безопасности России. В 2004 году Москва была слишком слаба и не могла воспрепятствовать включению прибалтийских республик в состав НАТО. Но сейчас она стала намного сильнее и настроена решительнее, а поэтому не допустит вхождения Украины и Грузии в западный блок.
Точно так же бессмысленными являются настойчивые требования Вашингтона к России отказаться от аннексии Крыма и вернуть полуостров Украине. Вдвойне бессмысленно сохранять антироссийские санкции до тех пор, пока Кремль не выполнит эти нереалистичные требования. Среди прочего, Москва полна решимости сохранить очень важную для нее военно-морскую базу в Севастополе. Она оказалась на территории иностранного государства только после распада Советского Союза. Более того, русские подчеркивают, что Крым был частью России с 1780-х до 1954 года, когда советский руководитель Никита Хрущев по не вполне понятным причинам передал эту территорию Украине. Поскольку Украина и Россия в то время были частью Советского Союза, это решение не имело большого значения. А сейчас имеет, и русские считают Крым зоной своих жизненно важных национальных интересов. Путину и его советникам меньше всего хочется, чтобы российскую базу заменила база американская или натовская. Президенту Трампу и прочим западным лидерам надо осознать и смириться с тем, что Россия Крым не отдаст. А если Запад будет упрямо выдвигать свои нынешние требования, опасная тупиковая ситуация в его отношениях с крупной державой просто закрепится навечно.
Чтобы достичь временного соглашения по Украине, Запад и Россия должны будут пойти на уступки. Безусловной уступкой со стороны США должно стать прекращение любых поставок оружия Киеву, так как эти поставки безо всякой на то нужды осложняют и без того опасную ситуацию. В равной мере российская поддержка вооруженных сепаратистов на востоке Украины в Донбассе является серьезным дестабилизирующим фактором. В рамках урегулирования Россия должна быть готова прекратить все связи с этими силами, предоставить разумную денежную компенсацию Украине за утрату Крыма и подписать с Киевом договор о признании неприкосновенности новых границ. Члены НАТО, в свою очередь, должны взять на себя письменные обязательства, что Украина никогда не станет членом альянса, и отменить санкции, введенные против России за аннексию Крыма.
Будут важны и дополнительные шаги по восстановлению отношений между США и Россией, и между НАТО и Россией. Один из ключевых шагов — это прекращение взаимных военных провокаций. России надо будет отвести войска от своих западных границ с членами НАТО, особенно от прибалтийских республик, а также прекратить наращивание военной группировки в Калининградской области. Соединенным Штатам и их союзникам придется существенно уменьшить масштабы и частоту проведения натовских военных маневров вблизи российских границ, в частности, в Прибалтике, восточной Польше и черноморском регионе. Вашингтону также надо будет покончить с выдумкой о том, будто регулярная ротация американских войск в Восточной Европе не является постоянным присутствием.
Надо также будет разрешить несколько двусторонних споров и проявлять взаимную сдержанность. Вашингтон и Москва обвиняют друг друга в несоблюдении договора РСМД. Администрация Трампа говорит, что Россия якобы развернула новые ракеты в нарушение договора, и что из-за этого Соединенные Штаты 2 августа 2019 года вышли из него. Госсекретарь Майк Помпео утверждал, что в крахе договора виновата «одна только Россия», однако действительность намного сложнее. В частности, не до конца понятно, является ли новейшее поколение российских крылатых ракет наземного базирования нарушением условий договора.
Вопрос о новых ракетах надо решить в рамках общих усилий по снижению военной напряженности между НАТО и Россией во всей Восточной Европе. Ни одной из сторон не выгодно развертывание ракет промежуточной дальности нового поколения. Более того, России и США следует привлечь к переговорам о новом, более всестороннем договоре РСМД еще одну ключевую страну — Китай. Пекин противится призывам вступить в договор РСМД, потому что такие ракеты дают ему значительные преимущества и возможности. Ни Россия, ни США не могут игнорировать это обстоятельство.
Российские инициативы вряд ли оказали какое-то реальное воздействие на выборы в 2016 году. Тем не менее чиновникам из администрации Трампа следует четко показать Кремлю, что даже попытки вмешательства будут иметь серьезные негативные последствия для российско-американских отношений. Безусловно, протесты Вашингтона звучали бы намного убедительнее, если бы Соединенные Штаты сами на протяжении многих лет не вмешивались в политические дела других государств. Однако высказывать Москве возражения по поводу ее поведения вполне уместно. И в этом вопросе Путину и его соратникам следовало бы немедленно дать сигнал к отступлению.
Российская политика в Венесуэле — это прямой вызов доктрине Монро. Такой же вызов представляет собой расширение экономических и военных связей между Москвой и правительством Никарагуа левого толка. С момента провозглашения доктрины Монро в начале 1820-х годов американское руководство видит в покровительственно-зависимых экономических и военных отношениях между иностранными державами и латиноамериканскими странами угрозу безопасности США. Куба на десятилетия стала политическим и военным вассалом Советского Союза, хотя именно такую ситуацию должна была предотвратить доктрина Монро. Такие же отношения она сохранила с Россией. Повторение такой ситуации с другими странами крайне нежелательно с точки зрения американских интересов.
Американское руководство должно недвусмысленно показать, что если Кремль продолжит вмешиваться в дела Западного полушария, это окажет негативное воздействие на и без того хрупкие двусторонние отношения. Вашингтону вполне уместно настаивать на том, чтобы связи Москвы с Каракасом, Манагуа и Гаваной сводились к нормальным дипломатическим отношениям и к ограниченному экономическому сотрудничеству. Стремление Кремля превратить эти государства в военных и даже в экономических вассалов России совершенно недопустимо.
Сохранение Вашингтоном своей давней сферы влияния в Западном полушарии — это и есть основа новых, менее конфронтационных отношений с Россией. Соединенные Штаты должны настаивать на уважительном отношении Москвы к доктрине Монро. В то же время, американскому руководству следует проявлять такое же уважение к российской сфере влияния в Восточной Европе. Такой подход потребует совершенно нового мышления со стороны американских политических руководителей.
Вашингтон должен признать реальность, заключающуюся в том, что сферы влияния по-прежнему являются неотъемлемой составляющей международной системы. По мере того, как мир становится все более многополярным в дипломатическом, экономическом и в определенной мере даже в военном плане, крупные державы наверняка будут все настойчивее требовать для себя таких прерогатив. Россия далеко не единственная страна, которая ведет себя таким образом. Мы видим похожие действия со стороны Китая, который разминает свою геостратегическую мускулатуру в Южно-Китайском море, в Тайваньском проливе, в Восточно-Китайском море и в других регионах Восточной Азии. Вашингтону следует умерить свое желание удерживать превосходство в мировом масштабе перед лицом усиливающихся вызовов. США будет довольно просто отступиться от Восточной Европы, признав сферу влияния другой ведущей державы. Сделав это, они осуществят очень важный первый шаг и положат начало настоящей перезагрузке российско-американских отношений.
