Внезапно командир корабля получает сообщение от диспетчера — из-за сильного бокового ветра посадку необходимо отменить и следовать на запасной аэродром в Тбилиси. Пилоты приступают к развороту. Но ни они, ни пассажиры самолета даже не подозревают, что через пару мгновений на борту разыграется настоящая драма.
Мало кто из многочисленных гостей, в том числе и близкий родственник невесты — секретарь ЦК Компартии Грузии, знал об увлечениях жениха: несмотря на то что дед Геги погиб во время Великой Отечественной, его внук увлекался эстетикой Третьего рейха. Он разрисовал стены своей комнаты свастиками и носил на шее крест капеллана немецкой армии тех времен. А еще Гега мечтал перебраться в США.
Зато от своих приятелей — также детей высокопоставленных родителей — у Геги секретов не было. Компанию объединяло одно важное обстоятельство — все молодые люди были прихожанами священника местной церкви, 32-летнего Теймураза Чихладзе (монаха Теодора).
Один даже служил в церкви, помогая облачать патриарха Грузии в алтаре. Но отец будущего террориста был категорически против увлечения сына, угрожая в случае, если сын подастся в священники, совершить суицид. Между тем друзьям нравились проповеди святого отца Чихладзе, в которых тот вместо нравоучений говорил о свободной жизни на Западе.
Большинство из друзей Тинатин Петвиашвили и Геги Кобахидзе успело побывать в других странах и было очаровано зарубежной атмосферой — а потому слова священника были им очень близки. Чихладзе и сам мечтал сбежать из СССР, поэтому постепенно подводил молодых людей к своей главной идее — вооруженному угону самолета.
Священник даже обещал пронести пистолеты и гранаты под своей рясой. Сам угон не казался заговорщикам чем-то неосуществимым — они были в курсе истории отца и сына Бразинскасов, успешно угнавших в 1970-м самолет из Грузии в Турцию, а затем обосновавшихся в США (об их истории «Лента.ру» рассказывала ранее).
На зов «Набата»
Своим лидером «золотые» заговорщики избрали 25-летнего художника Иосифа Церетели — сына профессора и члена-корреспондента АН Грузинской ССР Константина Церетели. А вот духовного наставника сообщники лишились: Теймураз Чихладзе благодаря своей церковной деятельности нашел более легальный путь для эмиграции и отстранился от компании.
Автопортрет Иосифа Церетели, Specnaz.ru
Между тем заговорщики всерьез готовились к угону: в этом им помогли связи и деньги 24-летнего Давида Микаберидзе по прозвищу Финансист — сына управляющего строительным трестом «Интуриста» и студента четвертого курса Тбилисской академии художеств.
Подельники изучали устройства самолетов, а также действия воздушных пиратов и контртеррористических групп: Гега даже провел сообщников на закрытый показ фильма «Набат», повествующего о террористах и работе сотрудников спецслужб при захватах самолетов. Этот фильм подсказал компании, как вести себя на борту.
Самым подходящим моментом для захвата самолета заговорщикам виделось свадебное путешествие Тинатин и Геги, в которое они планировали отправиться на следующий день после свадьбы. Для этого Гега даже прервал съемки в фильме «Покаяние», сулившем сделать из молодого актера настоящую звезду.
Растроганная вниманием к своей персоне, женщина согласилась провести компанию на борт без досмотра багажа (в нем якобы должны были везти алкоголь) — и свое слово на беду сдержала.
Чтобы избежать к себе лишнего внимания, заговорщики решили разделиться: часть из них с сумками, полными оружия и гранат, прошла на борт при помощи Анны Варсимашвили. А их сообщники попали на рейс через общий зал после досмотра. Один из террористов при этом зачем-то прихватил с собой ученический глобус.
Правда, с рейсом вышла неожиданность — из-за недобора пассажиров вместо прямого рейса в Ленинград, который должен был выполняться на Як-40, злоумышленников посадили на Ту-134. Тогда сообщники решили дождаться приближения к Батуми — ближайшей от Турции точки — и начать захват. Вместе с террористами летели две их знакомые — Анна Мелива и Евгения Шалуташвили, которые в заговор посвящены не были.
Смерть за синий костюм
Вначале все шло по плану: после взлета самолета компания принялась шумно отмечать начало «операции» — молодые люди ходили по салону, распивали шампанское и курили. Урезонить дебоширов пытался следовавший на отдых штурман гражданской авиации Плотко, который сделал молодым людям замечание.
Те в ответ ничего не сказали, но обиду затаили. Приняв разворот самолета за снижение, террористы достали оружие и принялись бегать по салону, выискивая среди пассажиров сотрудников службы безопасности. К слову, их на этом рейсе не было.
Вскоре, преступники остановились около начальника газового предприятия Алуда Соломонии — на нем был синий костюм, что натолкнуло мажоров на мысль о его причастности к силовым структурам. Испуганный мужчина попытался было переубедить молодых людей, но получил удар бутылкой по голове, а затем выстрел в ухо. Соломония погиб на месте.
Также был ранен еще один пассажир, которого подельники приняли за сотрудника милиции.
В это время за происходящим в салоне с ужасом наблюдали замершие бортпроводницы Валентина Крутикова и Ирина Химич.
Заметив их, двое террористов кинулись к девушкам. Химич попыталась было связаться с пилотами, но захватчики вырвали из ее рук трубку и начали наносить девушке удары по голове.
Они также избили Крутикову и, приставив к ней пистолет, потащили к кабине пилотов. Поставив бортпроводницу так, чтобы в дверной глазок не было видно крови на ее голове, преступники заставили девушку постучать в дверь кабины особым, условным образом.
«Кто вам дал приказ стрелять?»
Не заподозрив подвоха, бандитам открыл заместитель начальника летно-штурманского отдела Грузинского управления гражданской авиации Завен Шарбатян. Он оказался на борту в качестве проверяющего для пилота Станислава Габараева, который стажировался на командира корабля.
Как только Шарбатян открыл дверь, террористы лишили сознания стюардессу Крутикову, сильно ударив ее по голове, бросили девушку на пол и открыли огонь по проверяющему. Шарбатян получил пять пуль и, тяжелораненый, рухнул в проходе. После этого бандиты сорвали с пилотов наушники и, приставив к их головам оружие, прокричали на грузинском языке, чтобы те летели в сторону Турции.
Обложка журнала «Гражданская авиация»
В диалог с захватчиками попытался вступить поднявшийся со своего места бортинженер Анзор Чедия — мужчина спросил, кто они такие и что им надо. Один из террористов приставил к груди бортинженера пистолет и несколькими выстрелами в упор убил Чедию.
Пули попали в 32-летнего рецидивиста Григория Табидзе, которого в свое время тщетно пытался наставить на правильный путь отец — директор проектного бюро Госкомпрофтехобразования. Несмотря на свой асоциальный образ жизни, постоянный «клиент» вытрезвителя Табидзе был ценен для друзей-сообщников возможностью быстро доставать наркотики.
Выстрелы Гасояна оказались для Табидзе смертельными — он рухнул в дверном проеме прямо на раненого Шарбатяна. Пуля задела шею и другого преступника — 30-летнего врача Пааты Ивериели, чей отец был уважаемым в Грузии светилом медицины. Террорист, зажимая рану, с дикими криками выскочил из кабины и бросился обратно в салон.
Пользуясь отсутствием в кабине преступников, штурман Гасоян связался с землей и сообщил о ЧП. В воздух тут же были подняты два истребителя, которые сопровождали Ту-134 вплоть до посадки. Попытка экипажа заблокировать дверь, окончилась провалом — мешало тело Табидзе и лежавший под ним и истекающий кровью Шарбатян.
«Ты будешь пить его кровь, а мы есть его плоть»
Находящиеся в салоне сообщники Ивериели тут же кинулись в сторону кабины пилотов. Но оказались под градом пуль — стрелял спрятавшийся за своим креслом командир корабля Ахматгер Гардапхадзе. Важное решение он принял молниеносно — дал второму пилоту Габараеву приказ маневрировать самолетом.
Командир сильно рисковал: из-за нагрузки, в три раза превышавшей допустимую, Ту-134 мог развалиться в воздухе. К счастью, этого не произошло — а террористов из-за сильной качки отбросило вглубь салона.
Пилотам помогла вторая бортпроводница Крутикова: по их просьбе, превозмогая боль, отважная девушка сумела вытащить из дверного проема тело убитого террориста Табидзе. Видящие это воздушные пираты поняли происходящее по-своему: мол, стюардесса пытается оказать их подельнику помощь.
К этому времени тяжелораненому проверяющему Шарбатяну удалось вползти внутрь кабины — и экипаж, наконец, заблокировал дверь. Пилоты кинулись к раненому коллеге.
Вскоре поступил сигнал от диспетчера аэропорта Сухуми, который находился в непосредственной близости от точки полета Ту-134. Пилотам сообщили, что они могут посадить самолет на этом аэродроме. Но когда пилоты уже развернули лайнер, взяв курс на Сухуми, поступил другой сигнал — на взлетно-посадочной полосе ведутся ремонтные работы, посадка невозможна. Тогда захваченный самолет вновь направился в сторону Тбилиси.
«Мы остались в салоне лицом к лицу с террористами»
Бандиты беспорядочно стреляли по пассажирам, убив одного и ранив пятерых — в их числе оказались и знакомые преступников Шалуташвили и Мелива, которые не были посвящены в план захвата.
Когда у одной из женщин на борту расплакался полуторагодовалый ребенок, преступники приказали его успокоить, иначе они отрежут малышу уши и заставят его мать их съесть. Поступали от бандитов и другие, не менее страшные угрозы. Кроме того, пассажирам не разрешали подниматься с мест, есть и пить.
Бандиты избивали и мучили стюардесс, таская их за волосы. От страшной боли бортпроводницы падали в обморок. Особенно пострадала Крутикова — женщина лишилась всех волос. Химич сделали инвалидом — пробили женщине голову.
Очередной удар по голове Химич получила, когда пыталась достать из кармана бинт, чтобы оказать помощь раненному в перестрелке пассажиру: бандиты решили, что она хочет вытащить оружие.
Когда злоумышленники поняли, что самолет снижается, они достали гранаты. К слову, продавцы обманули террористов, подсунув не боевые, а учебные гранаты, — но захватчики об этом не знали, как и стюардессы.
Тогда Ахматгер Гардапхадзе пошел на хитрость: через некоторое время он передал через бортпроводницу сообщение, что самолет садится в одном из аэропортов Турции.
За бортом был туман и дождь, темнело, а потому террористы поверили этой легенде — до тех пор, пока не увидели огни Тбилиси. Но было уже поздно: в 17:20 Ту-134 приземлился в тбилисском аэропорту. Посадка была жесткой: от удара отлетела одна из наружных дверей самолета.
«Я тебя пристрелю, чтобы не мучилась»
Пока Ту-134 двигался в отведенное для него место рядом со стоянкой военных самолетов, стюардессы открыли грузовую дверь. Химич успела выпрыгнуть прямо на ходу, получив в итоге травму позвоночника. Девушку госпитализировали: она провела в больнице четыре месяца.
Вторая стюардесса — Крутикова — хотела было последовать за коллегой, но ее застрелил Давид Микаберидзе. Через несколько минут бандит догадался, что никакая Турция ему не светит, — и свел счеты с жизнью.
Давид Микаберидзе (Финансист) Кадр: фильм «Бандиты»
Между тем через люк, оставшийся без двери, сумел выбраться один из пассажиров — молодой солдат. Спрыгнув на взлетно-посадочную полосу, он бросился бежать. Но силовики и солдаты из оцепления приняли беглеца за террориста и открыли по нему огонь на поражение.
Солдат уцелел лишь чудом — но пули буквально изрешетили самолет, оставив на корпусе Ту-134 больше 60 отверстий. Попали они и в кабину пилотов: второй пилот Габараев получил ранение в ногу. К счастью, ни одна из пуль не попала в баки с керосином — поэтому пожара и взрыва удалось избежать.
Члены экипажа тайно покинули кабину через небольшие окошки при помощи канатов. Остался лишь мучившийся от страшной боли Шарбатян. Помочь выбраться ему попытался Арушан Геворкян — тбилисский авиатехник и специалист по Ту-134. Он проник в кабину пилотов с разрешения террористов — само собой, не просто так.
«Бандиты ломились и сулили миллионы»
В тот момент Ту-134 под предлогом необходимости осмотра самолета окружила техника: ее реальной целью был слив горючего, остававшегося в баках. Одной из задач авиатехника Геворкяна как раз и было включить аккумуляторы и преобразователи тока, в то время как террористы были уверены: Арушан готовит борт для вылета в Турцию.
Перед тем как взобраться по канату в кабину пилотов, авиатехник по требованию преступников разделся догола.
В итоге топливо с Ту-134 успешно слили, но вытащить из кабины обладавшего плотным телосложением Шарбатяна так и не удалось — мужчина не дождался медицинской помощи и скончался. Между тем сотрудники милиции и КГБ уже успели провести обыски в домах террористов, нашли разбитые в щепки деревянные мишени и выяснили обстоятельства их боевой подготовки.
В аэропорт привезли родственников террористов — не всех: отца одного из преступников от страшной новости сразил сердечный приступ. Остальные родители рвались на переговоры.
Воздушные пираты заставили пассажиров встать и прикрыть иллюминаторы своими руками и телами в качестве демонстрации, что они пока еще живы.
«Если выпрыгнешь, убьем ребенка»
Штурмовать самолет спецназ решил ранним утром, а всю ночь силовики вели напряженные переговоры с захватчиками. Те сначала пытались через одного из заложников потребовать немедленного вылета в Турцию, угрожая в случае отказа каждые пять минут расстреливать по человеку. Правда, пассажир-переговорщик тут же выпрыгнул из самолета, сломал ногу, но выжил.
Знали террористы и о прибытии «Альфы» — за попытку штурма они обещали также открыть стрельбу по заложникам. С большим трудом переговорщикам, в числе которых был монотонно зачитывающий террористам статьи из уголовного кодекса прокурор республики, удавалось добиться от захватчиков временной отсрочки вылета.
«Володя, она взорваться хочет»
В 6:55 в аэропорту выключили прожекторы, и бойцы Головатова и Забродина ворвались на борт, используя светошумовые гранаты. Группа Зайцева, которая не без проблем из-за экипировки пробралась через иллюминатор в кабину пилотов, немного задержалась — открыть дверь в салон спецназовцам мешало тело Табидзе.
Не обошлось без курьезов: Зайцев принял за террориста двигавшегося на него огромного двухметрового пассажира. Сраженный ударом спецназовца, мужчина кое-как убедил его в своей непричастности к захвату и получил команду — двигаться на выход.
Но и на этом злоключения пассажира не закончились — как только он покинул Ту-134, на него набросились милиционеры, также принявшие его за воздушного пирата. Избиение в итоге остановили снайперы «Альфы».
Захватчики были обезврежены в течение нескольких минут, а из пассажиров, забившихся под кресла во время штурма, никто не пострадал. Террористы пытались было оказать сопротивление: Тинатин Петвиашвили угрожала взрывом, но сказалось наркотическое опьянение — и девушка была быстро обезврежена.
Подельник Тинатин пытался было дотянуться до дипломата с десятью гранатами Ф-1 и РГД-5, что сразу же заметили «альфовцы» и сыграли на опережение — заковали преступника в наручники.
«Бразинскасы стюардессу убили — чем мы хуже?»
После освобождения Ту-134 в больницы Тбилиси с ранениями разной степени тяжести попали 12 человек, включая двух террористов. Всего на борту самолета погибли семь человек, в том числе двое захватчиков.
Год спустя членам экипажа злополучного рейса, второму пилоту Владимиру Гасояну и командиру Ахматгеру Гардапхадзе, для которого этот перелет оказался последним в карьере, были присвоены звания Героев Советского Союза, а стюардесса Ирина Химич получила орден Красной Звезды.
В 90-х годах, когда в Грузии начали оправдывать семерку террористов — «борцов за свободу и независимость», а также перекладывать ответственность за бойню на членов экипажа, памятник был вырван из земли и осквернен вандалами.
Следствие по делу воздушных террористов длилось девять месяцев. До суда в итоге дожили четверо из пяти задержанных террористов: их главарь Иосиф Церетели при загадочных обстоятельствах скончался в своей камере. Приговор выжившим был вынесен в августе 1984 года.
Последней надеждой осужденных было прошение о помиловании, отправленное в Верховный суд, но и оно было отклонено. 3 октября 1984 года приговор в отношении террористов был приведен в исполнение. Материалы уголовного дела сгорели в 90-х годах во время крупного пожара в архиве тбилисского отделения госбезопасности.
На суде террористы дали ответ на мучивший всех вопрос — зачем при таких влиятельных родителях, которые могли бы устроить для своих детей беспрепятственный выезд за рубеж, надо было проливать кровь и угонять самолет?
Знаете, что они [террористы] ответили? «Если бы мы таким путем [при помощи захвата] сбежали в Турцию, нас бы приняли за простых эмигрантов. Вот Бразинскасы улетели с шумом, со стрельбой, Надю Курченко [стюардессу] убили, так их там в почетные академики приняли… Чем мы хуже?»
