zeferli@gmail.com / DepositPhotos
«На днях Ксения Собчак выпустила видео — интервью со «скопинским маньяком» Моховым, который несколько лет держал в подвале и насиловал двух школьниц. Недавно он вышел, отбыв 17-летний срок — с корабля на бал. Это не сольное выступление. Также много времени уделено одной из жертв (вторая не дает интервью), следователю и бестолковой девушке-профайлеру (профайлинг — это нечто вроде гадания по кофейной гуще). Тем не менее, интернет стоит на ушах: звать насильника на интервью неэтично, платить ему — тем более! Однако я люблю побыть адвокатом дьявола (а быть адвокатом Ксении Собчак даже круче) и сейчас будет объяснение, почему такие интервью на самом деле полезны для общества, почему возмущенная публика не видит за деревьями леса, а Собчак — это просто «часть той силы, что вечно хочет хайп, но совершает благо», — пишет публицист на своей странице в Facebook.
«1. Уже 3 миллиона человек, прильнув к экранам, посмотрели интервью с серийным насильником. Но что это говорит о нашем обществе? Что оно поражено какой-то моральной патологией? Как ни странно, но ровно наоборот. Есть парадокс, любимый Стивеном Пинкером: уровень преступности в развитых странах снижается, но именно поэтому преступления получают все больший резонанс в прессе. Обсуждают то, что из ряда вон. Не обсуждают — обыденные вещи. Единственный сценарий, при котором маньяки перестанут привлекать внимание публики — если они станут обыденностью. Но пока вокруг маньяков существует, казалось бы, «нездоровая» ажитация — это, напротив, свидетельство нашего морального здоровья. Подобное для нас ненормально, мы различаем добро и зло.
2. Этично ли платить насильнику за интервью? Особенно въедливые критики вспоминают американский «закон сына Сэма», запрещающий преступникам извлекать выгоду из мемуаров — на самом деле закон был отменен единогласным решением Верховного суда (боже, храни Соединенные Штаты!) Не заплатили бы Мохову — он бы и не пришел. И понятно почему: он прекрасно понимает, что его позвали не чествовать, а показывать публике как экспонат из кунсткамеры.
Он сидит в виде живого предостережения: глядите, какие в мире бывают опасности, вот дедушка даже, кажется, нормальный (пока не откроет рот). И это не постылое родительское предупреждение, не скучная социальная реклама и прочее «опасайтесь незнакомцев» — здесь наглядная демонстрация, не поспоришь. Когда-то преступников водили на городу на веревке, показывая толпе, но сегодня это считается негуманным. Зато сегодня есть рынок — преступник сам выходит к позорному столбу, дабы в него тыкали пальцем и пугали им детей.
3. В начале видео звучит то ли угроза, то ли просто своеобразный юмор — когда Мохов говорит, что надо «снова заняться» одной из жертв. Этот момент вызвал особенную жару. Но давайте подумаем: если у него действительно есть планы на рецидив, то лучше, чтобы он озвучил их на всю страну или вынашивал в тайне? Интервью сделало Мохова знаменитым, теперь его знает в лицо каждая собака, вокруг него полоса отчуждения (причем безо всяких списков секс-преступников и прочих сомнительных процедур). И даже административный надзор ФСИН теперь вынуждены будут исполнять как надо, а не как обычно. В общем, благодаря видео Собчак вероятность рецидива сильно сократилась.
4. Это уже претензия не к Собчак, но многих возмущает, что Мохов отсидел «всего» 17 лет. Но вот о чем стоит подумать: где-то во второй половине фильма он говорит, что подумывал убить пленниц, но «не смог». Едва ли по доброте душевной — скорее боялся уехать на пожизненное. Однако, если бы пожизненное грозило уже за само похищение с изнасилованиями, то, наверняка, убил бы. Ведь терять уже нечего. Так что, любителям суровой справедливости стоит подумать о том, что наказание — это не просто «расплата», но так же поведенческие сигналы, которые мы посылаем преступникам. Если эти сигналы окажутся непродуманными, то жертвы окажутся мертвы.
5. Этот пост, к сожалению, не оплачен Ксенией Собчак».
Источник
