Новые санкции США: под ударом нефть, банки и рубль

Новые санкции США: под ударом нефть, банки и рубль

Новые санкции США: под ударом нефть, банки и рубль
Политолог Александр Домрин — о том, какие области российской экономики могут пострадать и почему американский сенатор прикрывает своё воровство борьбой с РФ.

Накануне сенатор-демократ от штата Нью-Джерси Боб Менендес в послании государственному секретарю США Майку Помпео потребовал от администрации президента Дональда Трампа ускорить принятие дополнительных санкций против РФ. Основанием для требования сенатора стало подтверждение Госдепартамента о якобы причастности России «к применению химического оружия в нарушение международного права».

Менендес спрашивает внешнеполитическое ведомство США: «Координируют ли США свои действия с союзниками в Евросоюзе, который на этой неделе наказал Россию в связи с атакой в Солсбери?» Словно, не хватало более шестидесяти предыдущих санкционных мер в отношении нашей страны.

Возникает много вопросов. Почему именно сейчас? Почему Менендес требует антирусских санкций в связи с «делом Скрипалей»? И кто вообще такой Боб Менендес? Давайте разбираться!

Ровно год назад — 29 января 2018 года — Министерство финансов США опубликовало чёрный список физических и юридических лиц, которых официальный Вашингтон считает «опорой российского режима». Люди и организации, попавшие в этот список, могут стать мишенью новых санкций согласно подписанному президентом США в августе 2017 года закону. При этом не заметить связь между обнародованием «кремлёвского доклада» (Kremlin Report) и выборами президента РФ 18 марта 2018 года было, конечно, «невозможно».

«Кремлёвский доклад» был представлен Минфином США, как того требовал закон «О противодействии противникам Америки посредством санкций», подписанный Дональдом Трампом 2 августа 2017 года. Тогда в «противники» Америки были включены Россия, Иран и Северная Корея, но в фокусе этого законодательного акта находится именно Россия.

Есть основания подозревать, что сам Трамп не хотел вводить новые санкции против России из-за мифического российского вмешательства в президентские выборы в США 2016 года. Однако в условиях американской конституционной системы «сдержек и противовесов» и русофобского консенсуса ничто не помешало бы Конгрессу преодолеть президентское вето, и Трамп был вынужден подписать этот закон.

Более того, упомянутый закон (CAATSA) специально запретил президенту США отменять санкции без согласия Конгресса и обязал Министерство финансов США представить Конгрессу доклад о высокопоставленных российских чиновниках и бизнесменах.

В CAATSA детально прописано, что должен включать в себя доклад Минфина США. В частности, одним из обязательных элементов является информация об отношениях лиц и организаций, о которых там пойдёт речь, с президентом РФ Владимиром Путиным. Надо также указать возможную связь фигурантов с силовыми структурами — ФСБ, СВР, Генштабом Вооружённых сил, Минобороны РФ.

Среди прочих компрометирующих факторов — вложение капиталов в экспортные нефте- и газопроводы РФ, помощь правительству Сирии в приобретении вооружений, участие в подрыве кибербезопасности США, содействие приватизации государственных активов в пользу госчиновников или их подставных лиц, причастность к нарушениям прав человека в России.

Однако доклад Минфина не стал единственным в своём роде. Так, по инициативе старшего демократа в сенатском Комитете по иностранным делам Бена Кардина (внука эмигрантов из Российской империи Кордонских) был подготовлен 200-страничный доклад «Путинская асимметричная атака на демократию в России и Европе: последствия для национальной безопасности США». В этом документе Россию обвиняют в попытках подорвать демократические институты западного мира, а Трампа — в неспособности противостоять этой угрозе.

В докладе Кардина содержится рекомендация: более агрессивно использовать финансовые санкции против РФ. Этот тезис, как утверждает Associated Press, вызвал интерес законодателей-республиканцев. В Конгрессе начал формироваться межпартийный консенсус в отношении более жёстких антироссийских мер финансового характера.

России нужно ждать серьёзных последствий. Ясно, что Трампу едва ли удастся остановить волну антироссийских мер: не только его политические противники, но и его союзники в Конгрессе и его назначенцы в правительстве склонны наказать Россию за предполагаемое вмешательство в прошлом и предотвратить, опять же предполагаемое, вмешательство в будущем.

16 января 2018 года сенаторы демократ Крис Ван Холлен и республиканец Марко Рубио внесли законопроект под названием «Защита выборов от угроз путём проведения красной черты». Отвечая на вопрос, что следует понимать под «вмешательством», Ван Холлен обозначил три его признака: хакерские взломы избирательных систем американских штатов, платная реклама в американских СМИ с целью повлиять на американских избирателей, а также вбрасывание в социальные сети («Фейсбук», «Твиттер» и др.) дезинформации, цель которой — повлиять на исход выборов в США.

26 апреля 2018 года сенатор-демократ Ричард (Дик) Дурбин (сын эмигрантки из Литвы Анны Куткин) инициировал аналогичный законопроект под названием «Защита выборов от троллей из враждебных режимов». Сокращённое название обоих законопроектов — DETER — переводится как «Сдерживать».

Если эти билли станут законом, то директор Национальной разведки США (начальник над 16 спецслужбами) должен будет в течение 30 дней после выборов информировать Конгресс о любом иностранном вмешательстве, имевшем место. А если вмешательство будет исходить от России, правительство будет обязано ввести новые санкции конкретно против российских банков и российской нефтяной промышленности.

Понятно, что именно эти две сферы — банковский сектор и нефтепром — представляют собой главные точки, по которым Вашингтон может нанести самый болезненный удар. Нефть — главный источник бюджетных поступлений РФ. Ограничения поставок западного оборудования для нефтяной промышленности России — снижение объёмов её нефтедобычи. А банковская сфера — это линия связи российской экономики с экономикой глобальной. Новые санкции могут атаковать российский государственный долг и курс рубля путём запрета на покупку американскими инвесторами новых российских гособлигаций, а также посредством бойкота старых выпусков. Закон «О противодействии противникам Америки посредством санкций» предусматривает такую меру.

В санкционной повестке дня Вашингтона присутствует и такая мера, как отключение России от межбанковской операционной системы SWIFT. Если это вдруг произойдёт, последствия почувствуют все граждане России, пользующиеся банковскими картами. Отключение от SWIFT — это не только неудобства для держателей кредитных и дебетовых карт. Под ударом окажутся экспортно-импортные контракты, подорожают и станут более трудными любые денежные перечисления — тут уже будет страдать не только кредитно-банковский сектор, но и реальная экономика.

Именно этого удара — по нефтегазовому, энергетическому, банковскому секторам нашей экономики и по присутствию России в мировом киберпространстве — требует инициатива Боба Менендеса.

Однако, если присмотреться к биографии Менендеса, нетрудно понять, что его инициатива — не более чем попытка отвлечь внимание избирателей от собственных «косяков», наподобие того, как Билл Клинтон в 1999 году начал бомбардировку Югославии в разгар процесса о его импичменте. Дело в том, что ещё с сентября 2017 года в США продолжается судебный процесс в отношении Менендеса по обвинению во взяточничестве и коррупции. Антирусская инициатива сенатора — идеальная операция прикрытия.

Но при чём здесь Россия?

Источник

1 КОММЕНТАРИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ